#буднипсихотерапевта #прожизнь
Сегодня мы «законсервировали» на зиму курень. До войны это всегда делал Андрей, а я старалась улизнуть от этого действа. У меня раньше было две крайности: переехать на причал на лето и съехать с началом учебного года детей, но то самое ненавистное было именно подготовка дома к зиме.
Курень имеет особенности в уходе, у моря всё живёт по другим законам. Соль, влажный воздух и ветер берут своё, и без постоянного внимания всё быстро начинает стареть - дерево растрескивается, металл ржавеет, а краска тускнеет.
Всё здесь держится на заботе и терпении. В целом реально проще куда-то съездить в отпуск на Средиземное море или в горы несколько раз в год со «все включено» без этих бесконечных забот.
На это лето у меня были грандиозные планы — выжать из него максимум. Пройти ажурный детокс «Афродиты», заняться перезагрузкой тела, встречать рассветы на досках Садху и звенеть поющими чашами на закате. Каждый день купаться в море, чувствовать, как солнце греет кожу, воздух обнимает, а солёная вода возвращает силы и молодость. Хотелось прожить всё по-взрослому — спокойно, осознанно, на вкус и дыхание.
Реальность оказалась другой. За всё лето мы ночевали всего четыре ночи. Две из них, крайние, были страшные, с жуткими обстрелами. Последний наш августовский приезд поставил жирную точку на моём лете. Соседи снова сдали свой курень, попались шумные отдыхающие, и к ночи к ним присоединился военный. Он приехал в отпуск, после долгой дороги за рулём, и, по уму, его надо было уложить спать, а не поить алкоголем.
Когда ночью началась тревога, я не знала, чего — или кого — боюсь больше. Утром я собрала детей, и мы уехали.
С войной причал вымер, стало непривычно тихо. Местных почти не осталось, и с ними ушёл тот самый одесский дух - лёгкий, морской, домашний. Приезжие вроде бы были, они шумно пили и отдыхали, но они не чувствуют того настоящего дыхания, которое знают только свои, те, кто родился и вырос у моря, кто слышит его сердцем.
Сегодня в доме плюс пятнадцать, на улице столько же. Пасмурно, штормит. Море злится, а мне от этого почему то спокойно. Возле отеля, на песке стоит чан, в нем девушка и парень, романтично. Он что то говорит ей, а она тихо смеётся, игриво запрокидывает голову, пар окутывает их, как тёплое облако. Они будто из другого времени. Из той жизни, где лето ещё не кончилось, где можно просто быть. Я смотрела на них, и в голове крутилось «какая вкусная молодость».
Вокруг нас с Андрюшей носится наш спаниель — мокрый, безумно довольный. Он бросается в прибой, ловит волны зубами, отскакивает, встряхивается, разбрасывая вокруг солёные брызги. Его уши взлетают и трепещут, как два маленьких паруса. Настоящие счастливые уши, в которых живёт сам ветер.
Вдоль берега - несколько рыбаков и вереница удочек, воткнутых в песок. На них тихо звенят колокольчики, откликаясь на дыхание волн. Рыбаки почти не двигаются — будто часть пейзажа, терпеливые, спокойные, доверившие себя воде и ветру. Иногда один из них приподнимает снасть, проверяет наживку и бросает снова, крючок летит в мокрый воздух. В их молчании столько терпения и принятия. Я так не умею.
Возвращаясь, иду рассматривать колонию божьих коровок, пожирающих тлю. Они лениво ползут по выцветшим листьям — алые, живые. Кажется, они переели.
Всё идёт, как должно. Мы живы, и дом дождётся новой весны. Надеюсь, той самой, победной.
Света, тепла, здоровья и тактичности каждому.
С уважением и любовью ваша Ольга Самара
